UPDATE:
На ЖЖ на эту запись последовал комментарий:
Отдохни на Новый Год в Берендеевом царстве, где есть друидские кровати.
Частный Дом Отдыха
Выпала в осадок
Поздравлять ли с таким праздником? Наверное, всё-таки поздравлять. Поздравляю! Специально для вас, дорогие читатели - несколько выписок на тему Самайна - кельтского Нового года.
Samain – sam-fuin .i. bas in tsamraid
Самайн – «заход лета», то есть смерть лета
читать дальше«Все описания праздника проходят на фоне опьянения и ссор. Легко себе представить то, как это действовало на души, склонные к преувеличениям и похвалам.
Обычными напитками были пиво и мед. Однако если король племени или провинции был достаточно богат – или если у него был достаточно могущественный друид или фея, которые могли сотворить чудо (примеров тому, конечно, немного!) – то пили вино, дар роскоши, в Ирландии драгоценный и дорогой. Король Муирхертах пережил нечто подобное за несколько дней до смерти:
«Король со своими людьми вернулся в замок. В это время ему принесли воду из Бойны. Король попросил девушку превратить её в вино. Девушка наполнила водой три бочонка и произнесла над ними заклинания. Король и его люди нашли, что никогда еще на земле не было более вкусного и крепкого вина. Она также создала из папоротника волшебную, призрачную свинью и отдала вино и свинью воинам, которые разделили полученное между собой и, казалось им, насытились. Она же обещала им давать всегда, постоянно то же самое».
Мясо свиньи и вино, пиво и мед открывали путь к вечности. Можно ли себе представить более приятную и питательную еду, даже если она была лишь мимолётной иллюзией, простым отражением священного опьянения?.. Их потребление всегда подразумевало риск, поскольку общение с существами и предметами из Иного мира и наслаждение ими никогда не бывает безобидным и не проходит бесследно:
«По окончании волшебного пира племя Тадга, сына Киана, охраняло короля в ту ночь. Когда он встал утром, он чувствовал себя обессиленным, и так же чувствовали себя все те, кто отведал вина и призрачного, волшебного мяса, которое Син дала для пира».
… Это действительно была
caisc na ngenti, «Пасха язычников»… но в другое время и священной жертвой здесь был не кроткий пасхальный агнец христиан, но зверь мудрости и власти – свинья (или кабан), посвященный Дагде и Лугу.
читать дальше…Именно потому, что Самайн соединяет старый и новый год, он и является необходимым посредником между миром людей и миром богов. В кельтских представлениях о времени, год и день – это синоним вечности. Такой момент – в данном случае Самайн – становился «закрытым периодом», который не принадлежал ни к старому, ни к новому году, и поэтому события, которые происходили в этот день, не подчинялись законом обоих этих измерений… Холодный и туманный ноябрь, ветер с северо-запада, который приходил из страны мертвых, долгие ночи, подходящие для пиров и собраний, довершали картину.
…Праздник Самайна был ключевым моментом для ирландских легенд. Это закрытый период, который торжественно открывают друиды, пользовавшиеся для этого самым могущественным своим средством – огнём: накануне Самайна все огни Ирландии должна были быть погашены под страхом наказания.
…На Самайн умирают боги и герои, происходят все сражения мифов и эпопеи. Все важные события концентрируются здесь, здесь они предвещаются и завершаются. Всё время начинается заново. Именно поэтому Самайн обладает небезопасным преимуществом – это момент, когда, по выражению М.-Л. Сьёэстедт, «всё сверхъестественное рвется вперед, готовое вторгнуться в мир людей». Прекрасно сказано, однако эти слова нужно исправить, или, по крайней мере, слегка отредактировать: первым условием контакта между человеком и божеством является остановка или прекращение течения человеческого времени».
C.-J. Guyonvarc’h, F. Le Roux. Les Druides. Rennes, 1986.
Сага «Смерть Муирхертаха, сына Эрк» цитируется в переводе Смирнова.